Мелоди Битти – Алкоголик в семье, или Преодоление созависимости

Тема статьи: Мелоди Битти – Алкоголик в семье, или Преодоление созависимости - разбираемся в вопросе, тренды 2019 года.

Мелоди Битти – Алкоголик в семье, или Преодоление созависимости краткое содержание

Алкоголик в семье, или Преодоление созависимости читать онлайн бесплатно

Постепенно я начала выкарабкиваться из своей черной бездны.Тем временем во мне развился сильнейший интерес к людям с созависимостью.Мое любопытство подстегивалось тем, что я была консультантом (хотя я уже и не работала на полную ставку в этой области, но я считала себя консультантом по проблемам зависимости), и тем, что я была автором книг.Будучи «пламенной, заботливой созависимой» (фраза, заимствованная у члена Ал-Анона), которая сама нуждалась в помощи, я также имела личный интерес к предмету.Что происходит с людьми вроде меня? Как это происходит? Почему? И, что более важно, что необходимо созависимым, чтобы они почувствовали себя лучше? И чтобы это улучшение осталось с ними?

Я разговаривала с консультантами, психотерапевтами и созависимыми.Я читала немногочисленные доступные мне книги по данному вопросу и по смежным темам.Я перечитывала основополагающие теоретические руководства — книги по психотерапии, выдержавшие испытание временем, я искала в них идеи, которые можно было бы здесь применить.Я посещала заседания Ал-Анона, т.е.группу самопомощи, где выздоровление базируется на 12-шаговой программе Анонимных Алкоголиков, но в Ал-Аноне эта программа предназначена для тех лиц, которые испытывают на себе влияние алкоголизма своего близкого.

В конце концов я нашла то, что искала.Я начала видеть, понимать и меняться.Моя собственная жизнь стала насыщенной, пришла в движение.Вскоре я собрала другую группу созависимых при другом лечебном центре в Миннеаполисе.Но на этот раз я не имела ни малейшего понятия, что я делаю.

Я все еще считала созависимых людьми недружелюбными, контролирующими, манипулирующими, непрямыми во взаимоотношениях, в общем со всеми теми качествами, которые я у них обнаруживала ранее.Я все еще видела своеобразную перекрученность их личности, которая и раньше бросалась мне в глаза.Но теперь я видела глубже.Да, я видела недружелюбных людей; они так много пережили, так много претерпели, что враждебность, недружелюбие стали их единственным защитным механизмом против полной раздавленности.Да, они были злыми, поскольку каждый, кто претерпел столько, сколько они терпели, был бы злым на их месте.

Да, они были контролирующими, поскольку все в их внешней и внутренней жизни вышло из-под контроля.Плотина их собственной жизни и тех, кто жил рядом с ними, была так переполнена, что всегда грозила прорваться.Тогда никому несдобровать.И, похоже, никто, кроме них, не замечал этого и не заботился о создавшемся положении.

Да, я видела людей, которые манипулировали, поскольку манипулирование представлялось единственным способом добиться того, чтобы что-то было сделано.Я работала действительно с людьми, прибегающими к непрямым взаимоотношениям, поскольку системы, в которых они жили, были не в состоянии выдерживать честные, прямые отношения.Я работала с людьми, которые думали, что они уже помешались, поскольку они в своей предыдущей жизни так часто верили лжи, что уже и не знали, где же была реальность.

Я видела людей, которые были так поглощены проблемами других людей, что у них уже не было времени идентифицировать и разрешить свои собственные проблемы.Это были люди, которые длительное время были так глубоко погружены в заботу о других, и часто их забота была разрушающей, что они позабыли, как можно заботиться о себе.Созависимые чувствовали себя слишком ответственными, поскольку люди рядом с ними брали на себя так мало ответственности; они просто подхватили конец ослабнувшей веревки.

Я видела настрадавшихся, сбитых с толку людей, которые нуждались в комфорте, понимании и информации.Я видела жертв алкоголизма, которые сами не пили, тем не менее они были измучены алкоголем.Передо мной были жертвы, отчаянно борющиеся за то, чтобы возыметь какую-то власть над своими обидчиками.Они учились у меня, а я училась у них.

Вскоре я начала поддаваться новым верованиям в отношении созависимости.Созависимые не являются безумными и больными в большей степени, чем алкоголики.Но страдают они точно так же или больше.Им не удалось загнать в угол агонию, но они прошли через боль без обезболивающих эффектов и других веществ, без тех приятных эйфорических состояний, которые достигаются людьми, страдающими компульсивными нарушениями.А боль, идущая от любви к человеку, находящемуся в беде, может быть очень глубокой.

«Химически зависимый партнер вызывает у себя онемение чувств, а не злоупотребляющий химическими веществами партнер испытывает двойную душевную боль и может облегчить свое состояние только с помощью гнева или эпизодических фантазий», — писала Жанет Герингер Уойтитц в книге «Созависимость, неотложная проблема».

Созависимые идут своим тернистым путем, оставаясь трезвыми.

И неудивительно, что Созависимые такие ненормальные, просто сумасшедшие.Кто бы на их месте не был таким после жизни с теми, с кем они живут бок о бок?

Созависимым трудно получать информацию и практическую помощь, в чем они нуждаются и чего заслуживают.Это довольно трудно убедить алкоголиков (или других нездоровых людей) обратиться за помощью.Но еще труднее убедить созависимых, которые сравнительно с больными выглядят нормальными, но чувствуют себя совсем ненормально, в том, что у них есть свои собственные проблемы.

Созависимые страдали как бы за кулисами больного человека.И если они выздоравливают, то они делают это тоже за кулисами.До недавнего времени многие консультанты (вроде меня) не знали, как им помочь.Иногда созависимых обвиняли; иногда их игнорировали; иногда ожидалось, что они каким-то магическим образом восстановят свою форму (архаический подход, который не помогает ни алкоголикам, ни созависимым).Редко к созависимым относились как к индивидам, нуждающимся в помощи, чтобы они почувствовали себя лучше.Редко им предоставлялась возможность быть вовлеченными в персонализированные программы выздоровления, учитывающие их проблемы и их боль.И тем не менее по самой своей природе алкоголизм и другие компульсивные расстройства превращают каждого, кто, живя рядом, испытывает на себе влияние этой болезни, в жертву.А значит, это люди, которые нуждаются в помощи, даже в том случае, если они не пьют ни капли, не употребляют других химических веществ, не предаются азартным играм, перееданию, либо иной компульсивной деятельности.

Поэтому я написала эту книгу.Она сложилась на основе моих изысканий, моего личного и профессионального опыта и на основе моей любви к предмету.В ней изложено мое личное мнение, временами, может быть, предубежденное.

Я не эксперт, и это не техническая книга для экспертов.Если вы являетесь человеком, который позволяет себе находиться под влиянием алкоголика, азартного игрока, обжоры, трудоголика, сексоголика, лица с криминальными действиями, бунтующего подростка, невротичного родителя, другого созависимого, либо вы находитесь под влиянием комбинации вышеперечисленных лиц, то эта книга для вас, для созависимого лица.

Эта книга не о том, как помочь вашему алкоголику или человеку с другой бедой, хотя если вам станет лучше, то его или ее шансы на выздоровление тоже «повышаются».Существует огромное множество хороших книг о том, как помочь алкоголику.Эта книга о самой важной и, возможно, самой заброшенной ответственности: о том, как заботиться о себе.Эта книга о том, что вы можете сделать, чтобы начать лучше себя чувствовать.

Я попыталась очертить некоторые наиболее полезные идеи о созависимости.Я включила сюда цитаты людей, которых я считаю экспертами, чтобы показать их представления и верования.Я также включила наблюдения над конкретными людьми, чтобы показать, как люди сталкиваются с конкретными проблемами.Хотя я изменила имена и конкретные детали, все наблюдения над людьми являются подлинными.В конце книги я поместила добавочную информацию, указав рекомендуемую для чтения литературу и источники соответствующих идей.Но большинство того, что я изложила в книге, я узнала от людей, у которых были очень похожие взгляды на этот предмет.Многие идеи передавались из уст в уста и от одного к другому, так что в конце концов их первоисточник невозможно было уже установить.Я пыталась точно соотнести, что откуда пришло, но в данной области это было не всегда возможно.

Хотя эта книга предназначена для самопомощи, пожалуйста, помните, что это не поваренная книга для психического здоровья.Каждый человек уникален, каждая ситуация уникальна.Постарайтесь запустить в действие свой собственный процесс исцеления.Он может включать поиски профессиональной помощи, посещение групп самопомощи (таких, как Ал-Анон), обращение за поддержкой к Силе, большей, чем вы сами.

Мой друг Скотт Иглстоун, профессионал в области психического здоровья, рассказал мне такую терапевтическую притчу.Он слышал ее от кого-то, кто слышал ее еще от кого-то другого.В притче говорится.

Мелоди Битти – Алкоголик в семье, или Преодоление созависимости

Мелоди Битти – Алкоголик в семье, или Преодоление созависимости краткое содержание

Алкоголик в семье, или Преодоление созависимости – читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)

«Алкоголик в семье, или Преодоление созависимости».

Вторая книга (после первой — «Двадцать четыре часа в день»), предназначенная для участников движения Анонимных Алкоголиков.

В ней идет речь о том, как помочь себе в жизни, чтобы не зависеть от окружающих тебя алкоголиков и наркоманов, даже если это близкие тебе люди.

Это нелегко найти счастье в себе самом, но где-нибудь вне себя его найти просто невозможно.

Агнес Риплайер, «Источник сокровищ»

За помощь в написании этой книги я благодарю:

Бога, мою маму, Дэвида, моих детей, Скотта Иглстоуна, Шерон Джордж, Джоан Маркусон и всех созависимых людей, которые чему-то учились у меня и позволили мне учиться у них.

Эта книга посвящается мне.

Впервые я столкнулась с созависимыми в начале 60-х годов.Это было до того, как людей, страдающих от поведения других людей, стали называть созависимыми, и до того, как людей, пристрастившихся к алкоголю либо к другим химическим веществам, стали называть химически зависимыми.И хотя я не знала, что такое созависимость, я знала, какие это люди.Поскольку я сама зависима от алкоголя и наркотиков, я жила столь бурной жизнью, что способствовала другим стать созависимыми.

Созависимые — это неизбежно надоедливые люди.Они враждебно настроены, склонны контролировать жизнь близких, манипулировать другими, избегают прямых отношений (иногда говорят через третье лицо), стремятся вызвать у других чувство вины, с ними трудно жить.В общем, они нелегко идут на согласие, временами же они полны ненависти.Все это обусловило то, что созависимые были препятствием на пути к достижению мною эйфории, опьянения.Они кричали на меня, прятали мои таблетки, с помощью которых я достигала эйфории, смотрели на меня с мерзким выражением лица, выливали в песок мой алкоголь, пытались удерживать меня от употребления одурманивающих веществ, хотели знать, что же я делаю, и спрашивали, что со мной происходит, что у меня не в порядке.Однако они всегда были тут как тут, готовые спасать меня от несчастий, которые я сама же себе и сотворила.Созависимые в моей жизни не понимали меня, и наше непонимание было взаимным.Я сама не понимала себя, и я не понимала их.

Моя первая профессиональная встреча с созависимыми произошла много позже, в 1976 году.В то время в Миннесоте алкоголики и наркоманы стали называться химически зависимыми, их семьи и друзья — значимыми близкими, а я именовалась по новой терминологии «выздоравливающая наркоманка и алкоголичка».К тому времени я уже работала в качестве консультанта в области химической зависимости в той широкой сети учреждений, программ, агентств, которые помогают химически зависимым людям достичь благополучия и хорошего здоровья.Поскольку я — женщина и большинство моих значимых близких в то время тоже были женщины, и поскольку я не занимала тогда высокой должности, и никто из моих сотрудников не хотел дать мне подобную должность, мой начальник предложил мне организовать группу поддержки для жен тех зависимых, которые находились в лечебной программе.

Я не была готова к выполнению такой задачи.Я все еще находила созависимых враждебными, контролирующими, манипулирующими, непрямыми в общении, вызывающими у других чувство вины, в общем, теми людьми, с которыми трудно общаться и даже более того.

В своей группе я увидела людей, которые чувствуют себя ответственными за целый мир, но они отказывались взять на себя ответственность за то, чтобы управлять своей собственной жизнью, и за то, чтобы просто жить.

Я увидела людей, которые постоянно что-то отдавали другим, но не знали, как брать себе от других.Я видела людей, которые отдавали до тех пор, пока не становились злобными, психически истощенными и опустошенными.Я видела, что некоторые отдают себя до тех пор, когда они вынуждены прекратить это.Я даже видела одну женщину, которая так страдала и буквально всю себя отдала настолько, что умерла «от старости» по естественной причине в возрасте 33 лет.Она была матерью пятерых детей и женой алкоголика, который к тому времени был уже третий раз в тюрьме.

Я работала с женщинами, которые очень хорошо умели заботиться о каждом из окружающих, тем не менее эти женщины сомневались в том, как им следует заботиться о себе.

Передо мной были не люди, а лишь оболочки от них.Они бессмысленно бросались от одной деятельности к другой.Я видела людей, чьим призванием было ублажение чьих-то желаний, людей-мучеников, стоиков, тиранов.Некоторые были похожи на виноградную лозу, ползучее растение.Они как будто заимствовали строку из пьесы Х.Сэклера «Большая белая надежда»: «С изголодавшимися лицами все отдают бедным».

Большинство созависимых были постоянно поглощены другими людьми.С большой точностью, со множеством деталей они могли приводить длинные перечни деяний и проступков зависимых людей: о чем он (или она) подумал, что почувствовал, сделал и сказал.Созависимые всегда знали, что алкоголик или наркоман должен был делать и чего не должен.И они очень сильно удивлялись, почему же он или она сделали это и не сделали то.

Тем не менее эти Созависимые, которые так проникновенно могли знать других, совершенно не могли видеть себя.Они не знали, что они чувствовали.

Они не были уверены в своих мыслях.И они не знали, что они могли бы делать, если вообще следовало что-нибудь делать, для разрешения своих проблем — если, в самом деле, им еще придет в голову, что у них есть какие-либо собственные проблемы, отличающиеся от проблем их близких — алкоголиков.

Это была огромная группа, состоящая из таких созависимых.Они стонали, жаловались, пытались контролировать каждого и вообще все и вся вокруг себя, но только не самих себя.И кроме нескольких тихих первых энтузиастов в области семейной терапии, многие консультанты (включая меня) не знали, как им помочь.

Область химической зависимости процветала, но вся помощь была направлена на самого зависимого (алкоголика, наркомана).Литературы по семейной терапии было немного, практический тренинг в этой области тоже редко встречался.В чем нуждались созависимые? Чего они хотели? Были ли они просто продолжением своего алкоголика или же только визитерами лечебных центров? Почему они не сотрудничают, а вместо этого вечно создают проблемы? У алкоголика хоть есть формальное извинение за то, что он был не в себе, — он был пьян.У этих же значимых близких нет никаких извиняющих или объясняющих обстоятельств.В этом смысле они были трезвыми.

Битти алкоголик в семье

Главы из книги Мелоди Битти

7.ОСВОБОДИ СЕБЯ

Живите сами и дайте жить другим

(Призыв Программы 12 шагов)

Говорят, что созависимые – это контролирующие люди.

Мы пилим; читаем лекции; покрикиваем; рыдаем; умоляем; пытаемся подкупить ; принуждаем; находимся вблизи; защищаем; обвиняем; преследуем; убегаем; пытаемся уговорить; пытаемся отговорить; делаем попытки внушить чувство вины; соблазняем; сдерживаем; демонстрируем, как сильно нас обидели; обижаем других, чтобы они знали, каково было чувствовать что-то подобное; грозим причинить себе вред; хлещем всей мощью своей силы; ставим ультиматумы; делаем что-то для своих близких; отказываемся делать что-то для своих близких; сводим счеты; хныкаем; даем выход ярости; действуем беспомощно, страдаем в громком молчании; пытаемся доставить удовольствие; обманываем; делаем маленькие хитрости; делаем большие хитрости; хватаемся за сердце и грозим умереть; хватаемся за голову и грозим сойти с ума; бьем себя в грудь и грозим убить себя; привлекаем на свою сторону помощь сторонников; тщательно выверяем свои слова; спим с ним; отказываемся спать с ним; рождаем от него детей; торгуемся с ним; тащим его на консультацию; тащим его с консультации; говорим о нем плохо; оскорбляем; проклинаем; молим о чуде; платим за чудеса; идем в такие места, куда нам не хочется идти; стоим невдалеке; надзираем; диктуем; командуем; жалуемся; пишем письма об этом; пишем письма ему; сидим дома и ждем его; выходим из дома и ищем его; обзваниваем всевозможные места в поисках его; ездим на машине по темным улицам ночью, надеясь увидеть; прочесываем темные аллеи ночью, чтобы скрыться; приводим его домой; удерживаем дома; запираем дверь и не впускаем его; уезжаем от него; уезжаем с ним; браним, распекаем; стараемся произвести впечатление; советуем; преподаем уроки; выпрямляем; настаиваем; уступаем; располагаем в свою пользу; провоцируем; пытаемся вызвать ревность; пытаемся запугивать; напоминаем; расследуем; намекаем; обыскиваем карманы; суем нос в бумажник; ищем в кухонных шкафах и в выдвижных ящиках стола; роемся в коробках для перчаток; заглядываем в бачок в туалете; пытаемся заглянуть в будущее; исследуем прошлое; звоним родственникам; рассуждаем с кем-то; решаем вопросы раз и навсегда; затем решаем их снова; наказываем; вознаграждаем; почти что уступаем; затем пытаемся действовать даже сильнее прежнего… внесите в этот список другие подручные средства, которые я либо забыла в него внести, либо еще не пробовала.

Мы не относимся к тем людям, которые «позволяют случиться событиям».Созависимые – это такие люди, которые постоянно и с большим количеством усилий и энергии пытаются силой принудить случиться событиям.

Мы контролируем во имя любви.

Мы делаем это, потому что мы «только пытаемся помочь».

Мы делаем это, потому что мы знаем лучше, как должны идти события и как должны вести себя люди.

Мы делаем это, потому что мы – правы, а они – не правы.

Мы контролируем, потому что мы боимся не делать этого.

Мы делаем это, потому что мы не знаем, что еще делать.

Мы делаем это, чтобы прекратить боль.

Мы контролируем, потому что мы не думаем.

Мы контролируем, потому что контролирование – это все, о чем мы можем думать.

В конечном счете мы можем контролировать, потому что это тот путь, которым мы обычно идем в решении своих вопросов.

Тиранство и доминирование – вот некоторые правила железной руки, правящей с самозахваченного трона.Правители обладают большой властью. Они знают лучше.Они клянутся Богом, что это будет сделано только так.Они позаботятся об этом.

Другие тайно делают свое грязное дело.Они прячутся под личиной мягкости, ласки и доброты, а сами секретно проворачивают свои делишки – занимаются делом других людей.

Другие со вздохами и слезами, с заявлениями о своей зависимости и утрате всяких способностей, провозглашая себя всеобщей жертвой, успешно контролируют жизнь других людей посредством своей слабости.Они такие беспомощные.Они так нуждаются в сотрудничестве с вами.Они жить не могут без этого.
Иногда слабые являются наиболее сильными манипуляторами и контролирующими людьми.Они научились тащить изо всех сил такие приводные ремни мира, как чувство вины и жалость.

Многие созависимые комбинируют тактики, используя разнообразие методов.Что-нибудь сработает! ( Или, точнее, ничто не работает, а мы продолжаем надеяться, что сработает.)

Несмотря на разнообразие тактики, цели остаются одними и теми же.Заставить других людей делать то, что вы хотите, чтобы они делали.Заставить их вести себя так, как по вашей мысли они должны.Не допустить, чтобы они вели себя так, как, по вашей мысли, они не должны, но, возможно, они будут так себя вести без вашей «помощи».Принудить силой жизненные события раскрываться и разворачиваться в той манере и в то время, какое вы им назначили.Не позволять того, чтобы что-то случилось или могло случиться, произойти.Держать крепко и не пускать на самотек.Мы написали пьесу, и мы будем смотреть, чтобы актеры действовали, а сцены разворачивались исключительно так, как мы решили они должны действовать и разворачиваться.И неважно, что мы продолжаем ставить на дыбы реальность.Если мы и впредь будем требовать достаточно настойчиво, мы сможем (верить нам) остановить течение жизни, переделать людей и изменить события в том направлении, как это нам нравится.

Мы обманываемся.

Позвольте мне рассказать о Марии.Она вышла замуж за мужчину, который оказался алкоголиком.Он был запойный пьяница.Он не пил каждый день, или каждую субботу и воскресенье, или каждый месяц, но когда он пил – тут берегись! Он был пьяным целыми днями, иногда неделями.Он начинал пить в восемь утра и продолжал пить до полной отключки.Его рвало во всяких неподходящих местах, он выпотрошил весь семейный бюджет, его выгнали с работы, он создавал невыносимый хаос в каждый свой запой.Между запоями жизнь тоже не была безупречной.Ощущение грозящего рока, неизбежной обреченности и неразрешенные чувства наполняли атмосферу дома.Другие неразрешенные проблемы, последствия пьянства приводили в беспорядок их жизнь.Они никогда не могли преуспеть в борьбе с несчастьями.Они никогда не начинали как бы с чистого листа.Было все же лучше, – для Марии и ее троих детей – когда муж не пил.Была также надежда, что в этот раз все будет по–другому.

А по–другому никогда не было.Годами стоило только Марии отлучиться, как ее муж впадал в запой.Когда она уезжала на уик–энд, когда она ложилась в роддом, когда ее муж оставлял дом и куда-нибудь уезжал или когда он был вне поля ее зрения по какой–либо другой причине, он напивался.

Каждый раз, когда Мария возвращала или удаляла его из того места, где он пил, он внезапно прекращал пить.Мария решила, что ключ к трезвости ее мужа – это ее присутствие.Она могла контролировать его пьянство (и всю боль, причиняемую им) тем, что всегда была тесно прилеплена к своему дому и стояла как гвардеец на вахте, охраняя своего мужа.Из–за того, что она усвоила этот метод контроля, из–за все возраставших чувств стыда, замешательства, тревоги и из–за всех травм, сопровождающих созависимость, Мария стала затворницей.Она отклоняла всякие предоставлявшиеся ей случаи попутешествовать, она отказывалась посещать собрания в церкви, которые ее интересовали.Даже когда она покидала дом, чтобы съездить в магазин, она чувствовала угрозу тому равновесию, которое она создала – или думала, что создала.Несмотря на ее решительные и отчаянные усилия, ее муж все же находил возможность пить.Он нашел способ напиваться дома, но так, чтобы она не знала.Он пил тогда, когда она была вне дома.

После одного исключительно разрушающего запоя муж Марии сообщил ей, что он запил из–за тех невыносимых финансовых трудностей, в которые попала их семья.(Он не удосужился упомянуть, что его пьянство явилось причиной невыносимых финансовых трудностей.) Он сказал, что если бы жена нашла работу и помогала в финансовом отношении, он не чувствовал бы больше потребности пить.Тогда бы с него снялось напряжение.Мария подумала о его просьбе, затем нехотя согласилась с ним.Она боялась покидать дом и чувствовала себя озабоченной тем, как организовать присмотр за малыми детьми.Она не чувствовала себя готовой к работе эмоционально или психически.Особенно ее возмущало то, что ей необходимо устраиваться на работу ради добавочных денег в то время, когда ее муж так безответственно относился к деньгам.Но она решила, что стоит попробовать.Чего не сделаешь, чтобы удержать этого мужчину трезвым!

Короче говоря, Мария пошла работать в качестве секретаря.Она трудилась хорошо – лучше, чем она раньше думала о своих способностях.Созависимые бывают отличными работниками.Они не жалуются; они делают больше, чем им положено; они выполняют все, о чем их попросят; они задабривают людей; они стараются выполнять свою работу безупречно – по меньшей мере какое–то время, пока не начинают злиться и негодовать.

Мария начала чувствовать себя немного лучше.Ей нравилось встречаться с людьми, это было нечто такое, чего ей недоставало в жизни.Ей нравилось ощущать, что она зарабатывает свои собственные деньги (хотя она все еще негодовала по поводу безответственного отношения мужа к этому).И ее работодатели оценили ее.На нее возлагали все больше и больше ответственности, и она была на пороге повышения по службе, когда могла стать неофициальным секретарем.Но в это время к Марии вернулось старое тревожное чувство – ее догадка о том, что муж запьет снова.

Это чувство приходило и покидало ее на несколько дней.Затем однажды это чувство ее сильно ударило.Эта тревога, которая перекручивает кишки и заставляет заламывать руки, вернулась к ней во все своей силе.Мария начала звонить мужу по телефону.Его не было на работе, где он должен был быть.Она звонила еще и еще.Никто не знал, где он.Она уже целыми днями кусала себе ногти, продолжая неистово звонить, надеясь, что ее сотрудники не видят того, что с ней творится за ее показным ложным фасадом – «все прекрасно, никаких проблем».Когда она в тот вечер прибыла домой, то обнаружила, что мужа нет дома и что он не забрал детей из дневной группы, как должен был.Ситуация вышла из под контроля снова.Он снова запил.На следующее утро она бросила работу – просто уволилась без соответствующего предупреждения.К 10:00 она вернулась домой – стеречь своего мужа.

Несколькими годами позже она сказала: «У меня было такое чувство, что я вынуждена это сделать.Я должна была взять ситуацию под контроль – мой контроль».

Мой вопрос таков: кто кого контролирует?

Мария выучила тот урок, что она не контролирует своего мужа и его пьянство абсолютно.Он и его алкоголизм контролируют ее.Этот вопрос стал для меня более ясным однажды вечером, на заседании семейной группы в лечебном центре.(Многие из моих клиентов – мудрые люди, мудрее меня.Я многому научилась, слушая их.) На группе жена алкоголика открыто говорила со своим мужем – мужчиной, который пил многие годы за время их супружества, многие годы был безработным, часть лет провел в тюрьме.

«Ты обвиняешь меня в попытках контролировать тебя, и я думаю, что так и было, – говорила она.– Я ходила по барам с тобой, чтобы ты не пил так много.Я позволяла тебе приходить домой, когда ты оскорблял меня, и позволяла тебе пить дома, чтобы ты не пил где–либо еще и не разбился.Я отмеряла тебе дозу алкоголя, пила с тобой (а я ненавидела пьянство), прятала бутылки, тащила тебя в группу Анонимных Алкоголиков.

Но правда заключается в том, сказала она, что «ты контролировал меня все это время.Все те письма из тюрьмы говорили мне то, что я хотела слышать.Все те обещания, все те слова.И каждый раз, когда я готова была покинуть тебе – уйти ради всего лучшего – ты делаешь или говоришь как раз то, что удерживает меня от этого решительного шага.Ты знаешь в точности то, что я хочу слышать.И именно это ты говоришь мне.Но ты никогда не меняешься.И ты никогда и не намеревался измениться.Ты просто хочешь контролировать меня».

Он улыбнулся своей полуулыбкой и кивнул, когда она это сказала.«Да, – сказал он, – я пытался контролировать тебя.И я преуспел в этом деле очень даже хорошо».

Когда мы пытаемся контролировать людей и те ситуации, которые относятся к области «не наше дело», мы сами становимся контролируемыми.Мы уступаем нашу способность думать, чувствовать и действовать в своих лучших интересах.Часто мы становимся контролируемыми не только людьми, но и такими болезнями, как алкоголизм, нарушение питания (пере – или недоедание) и компульсивные, т.е.почти насильственные, игры.Алкоголизм и другие деструктивные нарушения – это мощные силы.

Никогда не забывайте, что алкоголики и лица с другими подобными нарушениями очень хорошо умеют контролировать других. Они мастера в этом деле.Мы встретили равного напарника, когда мы пытаемся контролировать их или их болезнь.Мы проигрываем сражение.Мы проигрываем войны.Мы теряем себя – наши жизни.

Возьмем взаймы пикантную новость у Ал–Аннона: не вы явились причиной этого; не вам контролировать это; не вам излечить это.

Итак, довольно попыток! Мы становимся крайне фрустрированными, когда пытаемся делать невозможное.И мы обычно мешаем возможному случиться.Я думаю, что если я сильно зажимаю человека или явление, или если я всеми силами направляю мою волю на определенную ситуацию, то тем самым моя Высшая Сила лишается возможности сделать что–либо конструктивное в отношении той ситуации, того человека или меня.Мое контролирование блокирует волю Бога.Оно блокирует способность других людей к духовному росту.Оно не позволяет событиям случиться естественным путем.Оно же не позволяет мне радоваться людям или событиям.

Контроль – это иллюзия.Это не работает.Мы не можем контролировать алкоголизм.Мы не можем контролировать компульсивные формы поведения кого бы то ни было – переедание, сексоголизм, азартные игры – или любые другие формы проявлений этого ряда.Мы не можем контролировать исход событий.Мы не можем контролировать жизнь.Некоторые из нас могут только себя контролировать.

Люди в конце концов делают то, что они хотят делать.Они чувствуют себя так, как они хотят себя чувствовать (или как они себя чувствуют); они думают о том, о чем они хотят думать; они делают те вещи, какие, по их мысли, необходимо делать; они могут измениться только тогда, когда они готовы измениться. И не имеет значения то, что они не правы, а мы – правы.И не имеет значения, если при этом они причиняют себе боль.Не имеет значения, что мы могли бы помочь им, если бы только они нас послушали или сотрудничали бы с нами.Это не имеет значения, не имеет значения.

Мы не можем изменить людей.Любые попытки контролировать их есть иллюзия, заблуждения.Люди будут либо сопротивляться нашим усилиям, либо удвоят свои усилия, чтобы доказать нам, что мы не можем их контролировать.Они могут временно приспособиться к нашим требованиям, но в тот момент, когда мы повернемся к ним спиной, они вернутся в свое естественное состояние.

Более того, люди накажут нас за то.Что мы принудили их сделать что–то такое, чего они не хотели делать, или за то, что мы принудили их быть кем–то, кем они не хотели быть.

Никакое количество контроля не дает в результате устойчивого и желаемого изменения в другом человеке.Мы можем иногда делать такие вещи, которые повышают вероятность того, что люди захотят измениться, но мы не можем гарантировать или контролировать это.

И это правда.Это очень плохо.Иногда это трудно принять, особенно если кто–то, кого вы любите, причиняет боль себе и вам. Но таково положение вещей.

Единственный человек, которого вы можете изменить сейчас или когда–либо, это вы сами.Единственный человек, контролировать которого есть ваше дело, это вы сами.

Иногда, когда мы поступаем именно так, то результат, которого мы долго ждали и на который надеялись, появляется быстро, почти чудесным образом.Иногда этого не происходит.Из–за этого вам не следует переставать заботиться или любить.Вам не следует терпеть жестокое обращение.Вам не следует отклонять конструктивные, разрешающие проблему методы, такие, как профессиональная интервенция.Принимайте любые решения, какие вам необходимо принять, чтобы позаботиться о себе, но не позволяйте им контролировать других людей.Начните заботиться о себе!

«Но это так важно для меня! – протестуют многие люди.– Я не могу отстраниться».

Если это важно для вас, то я полагаю, что это более чем достаточная причина, чтобы отстраниться.

Я слышала одну мудрость об отстранении из уст младенцев – моих младенцев.Иногда мой младший сын, Шейн, слишком крепко сжимает меня и делает это слишком долго, когда я его обнимаю.Он начинает опрокидывать меня.Я теряю равновесие, становлюсь нетерпеливой с ним и пытаюсь прекратить его объятие.Я начинаю сопротивляться ему.Возможно, именно это позволяет мне держаться близко к нему чуточку дольше.Может быть, это форма контроля надо мной.Я не знаю.Однажды вечером, когда он сделал это, за нами наблюдала моя дочь до тех пор, пока она не сделалась раздосадованной и нетерпеливой.

«Шейн, – сказала она, – приходит время, когда надо отпустить».

Для каждого из нас приходит такое время, когда надо отпустить.Вы узнаете, когда это время пришло.Когда вы сделали все, что вы могли сделать, тогда пришло время отстраниться.Занимайтесь своими чувствами.Посмотрите в лицо своим страхам потерять контроль.Приобретите контроль над собой и над своими ответственностями.Освободите других, пусть они станут теми, кто они есть.Поступая так, вы освободите себя.

1.Есть ли в вашей жизни событие или человек, которых вы хотите контролировать? Почему? Напишите несколько абзацев об этом.

2.Каким образом (умственно, физически, эмоционально и т.д.) вы контролируетесь чем-то или кем–то из тех явлений или людей, какие вы пытались взять под свой контроль?

3.Что случится (с вами или с другим человеком), если вы отстранитесь от этого человека или этой ситуации? Случится ли, возможно, то же самое в любом случае, несмотря на ваши контролирующие жесты? Что вы выигрываете, пытаясь контролировать ситуацию? Что выигрывает другой человек от ваших попыток контролировать? Насколько влияют на исход событий ваши попытки контролировать?

Мелоди Битти.Алкоголик в семье, или преодоление созависимости Вторая книга (после первой “Двадцать четыре часа в день”), предназначенная для участников

Мелоди Битти.Алкоголик в семье, или преодоление созависимости

Вторая книга (после первой — “Двадцать четыре часа в день”), предназначенная для участников движения Анонимных Алкоголиков.В ней идет речь о том, как помочь себе в жизни, чтобы не зависеть от окружающих тебя алкоголиков и наркоманов, даже если это близкие тебе люди.

Это нелегко найти счастье в себе самом, но где-нибудь вне себя его найти просто невозможно.

Агнес Риплайер, “Источник сокровищ”.

За помощь в написании этой книги я благодарю:

Бога, мою маму, Дэвида, моих детей, Скотта Иглстоуна, Шерон Джордж, Джоан Маркусон и всех созависимых людей, которые чему-то учились у меня и позволили мне учиться у них.

Эта книга посвящается мне.
СОДЕРЖАНИЕ:

Часть 1.ЧТО ТАКОЕ СОЗАВИСИМОСТЬ, КТО ПОПАЛСЯ В ЕЕ СЕТИ?

1.История жизни Джессики
2.Другие истории
3.Созависимость
4.Характеристики созависимых

^ Часть 2.ОСНОВЫ ЗАБОТЫ О СЕБЕ

5.Отстраненность
6.Не будь былинкой на ветру
7.Освободи себя
8.Довольно быть жертвой
9.Независимость
10.Живи своей собственной жизнью
11.Любовные взаимоотношения с собой
12.Учимся искусству принимать себя и действительность
13.Испытывать свои собственные чувства
14.Гнев
15.Да, ты умеешь думать
16.Ставьте свои собственные цели
17.Общение
18.Работайте по программе “12 шагов”
19.Остатки
20.Учимся жить и любить снова

Впервые я столкнулась с созависимыми в начале 60-х годов.Это было до того, как людей, страдающих от поведения других людей, стали называть созависимыми, и до того, как людей, пристрастившихся к алкоголю либо к другим химическим веществам, стали называть химически зависимыми.И хотя я не знала, что такое созависимость, я знала, какие это люди.Поскольку я сама зависима от алкоголя и наркотиков, я жила столь бурной жизнью, что способствовала другим стать созависимыми.

Созависимые — это неизбежно надоедливые люди.Они враждебно настроены, склонны контролировать жизнь близких, манипулировать другими, избегают прямых отношений (иногда говорят через третье лицо), стремятся вызвать у других чувство вины, с ними трудно жить.В общем, они нелегко идут на согласие, временами же они полны ненависти.Все это обусловило то, что созависимые были препятствием на пути к достижению мною эйфории, опьянения.Они кричали на меня, прятали мои таблетки, с помощью которых я достигала эйфории, смотрели на меня с мерзким выражением лица, выливали в песок мой алкоголь, пытались удерживать меня от употребления одурманивающих веществ, хотели знать, что же я делаю, и спрашивали, что со мной происходит, что у меня не в порядке.Однако они всегда были тут как тут, готовые спасать меня от несчастий, которые я сама же себе и сотворила.Созависимые в моей жизни не понимали меня, и наше непонимание было взаимным.Я сама не понимала себя, и я не понимала их.

Моя первая профессиональная встреча с созависимыми произошла много позже, в 1976 году.В то время в Миннесоте алкоголики и наркоманы стали называться химически зависимыми, их семьи и друзья — значимыми близкими, а я именовалась по новой терминологии «выздоравливающая наркоманка и алкоголичка».К тому времени я уже работала в качестве консультанта в области химической зависимости в той широкой сети учреждений, программ, агентств, которые помогают химически зависимым людям достичь благополучия и хорошего здоровья.Поскольку я — женщина и большинство моих значимых близких в то время тоже были женщины, и поскольку я не занимала тогда высокой должности, и никто из моих сотрудников не хотел дать мне подобную должность, мой начальник предложил мне организовать группу поддержки для жен тех зависимых, которые находились в лечебной программе.

Я не была готова к выполнению такой задачи.Я все еще находила созависимых враждебными, контролирующими, манипулирующими, непрямыми в общении, вызывающими у других чувство вины, в общем, теми людьми, с которыми трудно общаться и даже более того.

В своей группе я увидела людей, которые чувствуют себя ответственными за целый мир, но они отказывались взять на себя ответственность за то, чтобы управлять своей собственной жизнью, и за то, чтобы просто жить.

Я увидела людей, которые постоянно что-то отдавали другим, но не знали, как брать себе от других.Я видела людей, которые отдавали до тех пор, пока не становились злобными, психически истощенными и опустошенными.Я видела, что некоторые отдают себя до тех пор, когда они вынуждены прекратить это.Я даже видела одну женщину, которая так страдала и буквально всю себя отдала настолько, что умерла «от старости» по естественной причине в возрасте 33 лет.Она была матерью пятерых детей и женой алкоголика, который к тому времени был уже третий раз в тюрьме.

Я работала с женщинами, которые очень хорошо умели заботиться о каждом из окружающих, тем не менее, эти женщины сомневались в том, как им следует заботиться о себе.

Передо мной были не люди, а лишь оболочки от них.Они бессмысленно бросались от одной деятельности к другой.Я видела людей, чьим призванием было ублажение чьих-то желаний, людей-мучеников, стоиков, тиранов.Некоторые были похожи на виноградную лозу, ползучее растение.Они как будто заимствовали строку из пьесы Х.Сэклера «Большая белая надежда»: «С изголодавшимися лицами все отдают бедным».

Большинство созависимых были постоянно поглощены другими людьми.С большой точностью, с множеством деталей они могли приводить длинные перечни деяний и проступков зависимых людей: о чем он (или она) подумал, что почувствовал, сделал и сказал.Созависимые всегда знали, что алкоголик или наркоман должен был делать и чего не должен.И они очень сильно удивлялись, почему же он или она сделали это и не сделали то.

Тем не менее, эти Созависимые, которые так проникновенно могли знать других, совершенно не могли видеть себя.Они не знали, что они чувствовали.

Они не были уверены в своих мыслях.И они не знали, что они могли бы делать, если вообще следовало что-нибудь делать, для разрешения своих проблем — если, в самом деле, им еще придет в голову, что у них есть какие-либо собственные проблемы, отличающиеся от проблем их близких — алкоголиков.

Это была огромная группа, состоящая из таких созависимых.Они стонали, жаловались, пытались контролировать каждого и вообще все и вся вокруг себя, но только не самих себя.И кроме нескольких тихих первых энтузиастов в области семейной терапии, многие консультанты (включая меня) не знали, как им помочь.

Область химической зависимости процветала, но вся помощь была направлена на самого зависимого (алкоголика, наркомана).Литературы по семейной терапии было немного, практический тренинг в этой области тоже редко встречался.В чем нуждались созависимые? Чего они хотели? Были ли они просто продолжением своего алкоголика или же только визитерами лечебных центров? Почему они не сотрудничают, а вместо этого вечно создают проблемы? У алкоголика хоть есть формальное извинение за то, что он был не в себе, — он был пьян.У этих же значимых близких нет никаких извиняющих или объясняющих обстоятельств.В этом смысле они были трезвыми.

Вскоре я поддалась двум распространенным мнениям.Эти сумасшедшие созависимые (значимые близкие) сами больше больны, чем алкоголики.И даже нет ничего удивительного в том, что алкоголик пьет, кто бы это на его месте не пил, живя с такой супругой (таким супругом)?

К тому времени я уже какой-то период жила трезво.Я начинала понимать себя, но я не понимала созависимость.Я пыталась, но не могла — не могла, пока не прошло еще несколько лет, когда я оказалась глубоко вовлеченной в жизнь нескольких алкоголиков, потерялась в этом хаосе и перестала жить своей собственной жизнью.Я перестала думать.Я перестала испытывать позитивные эмоции и осталась наедине с яростью, горечью существования, ненавистью, страхом, депрессией, беспомощностью, отчаянием и чувством вины.Временами мне хотелось покончить с жизнью.У меня не было энергии.Почти все время я тратила на то, что тревожилась о других, и на то, что пыталась контролировать их.Я не могла сказать «нет» (разве только тогда могла, когда дело касалось моего удовольствия).Мои взаимоотношения с друзьями и с членами семьи не ладились.Я чувствовала себя ужасно, я была жертвой.Я утратила себя и не понимала, как это случилось.Я не понимала, что случилось.Я думала, что схожу с ума.И я думала, указывая пальцем на людей вокруг меня, что это их вина

Очень печально, что вокруг меня никто не знал, как плохо я себя чувствовала.Мои проблемы были моим секретом.В отличие от алкоголиков или людей с другими проблемами в моем ближайшем окружении я не превращала жизнь вокруг себя в невообразимое месиво, ожидая, что кто-то должен подчищать все за мной.Фактически по сравнению с алкоголиками я выглядела хорошо.Я была такая ответственная, на меня так можно было положиться, уж от меня-то можно было зависеть.Временами я не была уверена, что у меня есть проблема.Я знала, что я чувствовала себя несчастной, но я не понимала, почему моя жизнь не ладится.

Побарахтавшись некоторое время в отчаянии, я начала понимать.Как многие люди, которые резко судят о других, я обнаружила, что проделала долгий и очень болезненный путь в башмаках тех людей, которых я так резко судила.Сейчас-то я понимаю этих сумасшедших созависимых.Я сделалась одной из них.

Постепенно я начала выкарабкиваться из своей черной бездны.Тем временем во мне развился сильнейший интерес к людям с созависимостью.Мое любопытство подстегивалось тем, что я была консультантом (хотя я уже и не работала на полную ставку в этой области, но я считала себя консультантом по проблемам зависимости) и тем, что я была автором книг.Будучи «пламенной, заботливой созависимой» (фраза, заимствованная у члена Ал-Анона), которая сама нуждалась в помощи, я также имела личный интерес к предмету.Что происходит с людьми вроде меня? Как это происходит? Почему? И, что более важно, что необходимо созависимым, чтобы они почувствовали себя лучше? И чтобы это улучшение осталось с ними?

Я разговаривала с консультантами, психотерапевтами и созависимыми.Я читала немногочисленные доступные мне книги по данному вопросу и по смежным темам.Я перечитывала основополагающие теоретические руководства — книги по психотерапии, выдержавшие испытание временем, я искала в них идеи, которые можно было бы здесь применить.Я посещала заседания Ал-Анона, т.е.группу самопомощи, где выздоровление базируется на 12-шаговой программе Анонимных Алкоголиков, но в Ал-Аноне эта программа предназначена для тех лиц, которые испытывают на себе влияние алкоголизма своего близкого.

В конце концов, я нашла то, что искала.Я начала видеть, понимать и меняться.Моя собственная жизнь стала насыщенной, пришла в движение.Вскоре я собрала другую группу созависимых при другом лечебном центре в Миннеаполисе.Но на этот раз я не имела ни малейшего понятия, что я делаю.

Я все еще считала созависимых людьми недружелюбными, контролирующими, манипулирующими, непрямыми во взаимоотношениях, в общем, со всеми теми качествами, которые я у них обнаруживала ранее.Я все еще видела своеобразную перекрученность их личности, которая и раньше бросалась мне в глаза.Но теперь я видела глубже.Да, я видела недружелюбных людей; они так много пережили, так много претерпели, что враждебность, недружелюбие стали их единственным защитным механизмом против полной раздавленности.Да, они были злыми, поскольку каждый, кто претерпел столько, сколько они терпели, был бы злым на их месте.

Да, они были контролирующими, поскольку все в их внешней и внутренней жизни вышло из-под контроля.Плотина их собственной жизни и тех, кто жил рядом с ними, была так переполнена, что всегда грозила прорваться.Тогда никому несдобровать.И, похоже, никто, кроме них, не замечал этого и не заботился о создавшемся положении.

Да, я видела людей, которые манипулировали, поскольку манипулирование представлялось единственным способом добиться того, чтобы что-то было сделано.Я работала действительно с людьми, прибегающими к непрямым взаимоотношениям, поскольку системы, в которых они жили, были не в состоянии выдерживать честные, прямые отношения.Я работала с людьми, которые думали, что они уже помешались, поскольку они в своей предыдущей жизни так часто верили лжи, что уже и не знали, где же была реальность.

Я видела людей, которые были так поглощены проблемами других людей, что у них уже не было времени идентифицировать и разрешить свои собственные проблемы.Это были люди, которые длительное время были так глубоко погружены в заботу о других, и часто их забота была разрушающей, что они позабыли, как можно заботиться о себе.Созависимые чувствовали себя слишком ответственными, поскольку люди рядом с ними брали на себя так мало ответственности; они просто подхватили конец ослабнувшей веревки.

Я видела настрадавшихся, сбитых с толку людей, которые нуждались в комфорте, понимании и ин­формации.Я видела жертв алкоголизма, которые сами не пили, тем не менее, они были измучены алкоголем.Передо мной были жертвы, отчаянно борющиеся за то, чтобы возыметь какую-то власть над своими обидчиками.Они учились у меня, а я училась у них.

Вскоре я начала поддаваться новым верованиям в отношении созависимости.Созависимые не являются безумными и больными в большей степени, чем алкоголики.Но страдают они точно так же или больше.Им не удалось загнать в угол агонию, но они прошли через боль без обезболивающих эффектов и других веществ, без тех приятных эйфорических состояний, которые достигаются людьми, страдающими компульсивными нарушениями.А боль, идущая от любви к человеку, находящемуся в беде, может быть очень глубокой.

«Химически зависимый партнер вызывает у себя онемение чувств, а не злоупотребляющий химическими веществами партнер испытывает двойную душевную боль и может облегчить свое состояние только с помощью гнева или эпизодических фантазий», — писала Жанет Герингер Уойтитц в книге «Созависимость, неотложная проблема».

Созависимые идут своим тернистым путем, оставаясь трезвыми.

И неудивительно, что Созависимые такие ненормальные, просто сумасшедшие.Кто бы на их месте не был таким после жизни с теми, с кем они живут бок о бок?

Созависимым трудно получать информацию и практическую помощь, в чем они нуждаются и чего заслуживают.Это довольно трудно убедить алкоголиков (или других нездоровых людей) обратиться за помощью.Но еще труднее убедить созависимых, которые сравнительно с больными выглядят нормальными, но чувствуют себя совсем ненормально в том, что у них есть свои собственные проблемы.

Созависимые страдали как бы за кулисами больного человека.И если они выздоравливают, то они делают это тоже за кулисами.До недавнего времени многие консультанты (вроде меня) не знали, как им помочь.Иногда созависимых обвиняли; иногда их игнорировали; иногда ожидалось, что они каким-то магическим образом восстановят свою форму (архаический подход, который не помогает ни алкоголикам, ни созависимым).Редко к созависимым относились как к индивидам, нуждающимся в помощи, чтобы они почувствовали себя лучше.Редко им предоставлялась возможность быть вовлеченными в персонализированные программы выздоровления, учитывающие их проблемы и их боль.И, тем не менее, по самой своей природе алкоголизм и другие компульсивные расстройства превращают каждого, кто, живя рядом, испытывает на себе влияние этой болезни, в жертву.А значит, это люди, которые нуждаются в помощи, даже в том случае, если они не пьют ни капли, не употребляют других химических веществ, не предаются азартным играм, перееданию, либо иной компульсивной деятельности.

Поэтому я написала эту книгу.Она сложилась на основе моих изысканий, моего личного и профессионального опыта и на основе моей любви к предмету.В ней изложено мое личное мнение, временами, может быть, предубежденное.

Я не эксперт, и это не техническая книга для экспертов.Если вы являетесь человеком, который позволяет себе находиться под влиянием алкоголика, азартного игрока, обжоры, трудоголика, секса-голика, лица с криминальными действиями, бунтующего подростка, невротичного родителя, другого созависимого, либо вы находитесь под влиянием комбинации вышеперечисленных лиц, то эта книга для вас, для созависимого лица.

Эта книга не о том, как помочь вашему алкоголику или человеку с другой бедой, хотя если вам станет лучше, то его или ее шансы на выздоровление тоже «повышаются.Существует огромное множество хороших книг о том, как помочь алкоголику.Эта книга о самой важной и, возможно, самой заброшенной ответственности: о том, как заботиться о себе.Эта книга о том, что вы можете сделать, чтобы начать лучше себя чувствовать.

Я попыталась очертить некоторые наиболее полезные идеи о созависимости.Я включила сюда цитаты людей, которых я считаю экспертами, чтобы показать их представления и верования.Я также включила наблюдения над конкретными людьми, чтобы показать, как люди сталкиваются с конкретными проблемами.Хотя я изменила имена и конкретные детали, все наблюдения над людьми являются подлинными.В конце книги я поместила добавочную информацию, указав рекомендуемую для чтения литературу и источники соответствующих идей.Но большинство того, что я изложила в книге, я узнала от людей, у которых были очень похожие взгляды на этот предмет.Многие идеи передавались из уст в уста и от одного к другому, так что, в конце концов, их первоисточник невозможно было уже установить.Я пыталась точно соотнести, что откуда пришло, но в данной области это было не всегда возможно.

Хотя эта книга предназначена для самопомощи, пожалуйста, помните, что это не поваренная книга для психического здоровья.Каждый человек уникален, каждая ситуация уникальна.Постарайтесь запустить в действие свой собственный процесс исцеления.Он может включать поиски профессиональной помощи, посещение групп самопомощи (таких, как Ал-Анон), обращение за поддержкой к Силе, большей, чем вы сами.

Мой друг Скотт Иглстоун, профессионал в области психического здоровья, рассказал мне такую терапевтическую притчу.Он слышал ее от кого-то, кто слышал ее еще от кого-то другого.В притче говорится.

Одна женщина ушла в горы и поселилась в пещере с тем, чтобы учиться у мудрого учителя, гуру.Она хотела, по ее словам, изучить все, что только можно было знать.Гуру снабдил ее множеством книг и оставил одну, чтобы она могла их штудировать.Каждое утро гуру наведывался в пещеру, чтобы посмотреть, какие успехи делает женщина.У него в руках всегда был тяжелый деревянный посох.Каждое утро он задавал ей один и тот же вопрос «Ну как, ты уже выучила все то, что следует знать?» Каждое утро она давала ему один и тот же ответ.«Нет, — говорила она.— Я еще не выучила всего».После этого гуру бил ее своим посохом по голове.

Весь этот сценарий повторялся несколько месяцев.Однажды гуру вошел в пещеру, задал тот же самый вопрос, услышал тот же самый ответ, поднял свой посох, чтобы ударить ее, как он делал это раньше, но женщина схватила посох, останавливая его намерение.Посох застыл в воздухе.

Женщина со страхом посмотрела на гуру, ожидая упреков.К ее удивлению гуру, улыбался.«Я тебя поздравляю, — сказал он.– Ты завершила свое образование.Теперь ты знаешь все, что тебе необходимо знать».

«Как это так?» — спросила женщина.

«Ты поняла, что ты никогда не выучишь все то, что можно знать, — отвечал он.— Но ты выучила самый важный урок: ты теперь знаешь, как воспрепятствовать наступлению боли».

Вот об этом как раз и написана эта книга: как воспрепятствовать боли и как научиться управлять своей жизнью.

Многие люди усвоили такой урок.И вы сможете тоже.

Рейтинг автора
Автор статьи
Вера Летова
Написано статей
139
Ссылка на основную публикацию